Афоризмы автора в разделе2 (62 шт.):
↓
В теории современная религия разбита наголову, в идее она убита, но она еще продолжает жить механической жизнью, как муха, у которой отрезали голову и которая, как бы не замечая этого, все еще продолжает бойко кружиться и летать.
§
Великий гений образуется с помощью другого гения не столько ассимиляцией, сколько посредством трения. Весь мир надорван по самой середине. А так как сердце поэта — центр мира, то в наше время оно тоже должно самым жалостным образом надорваться. В моем сердце прошла великая мировая трещина.
§
Во Франции нет атеистов, к Господу Богу не осталось уважения даже настолько, чтобы кто-нибудь утруждал себя его отрицанием.
§
Волшебная формула, которой наши красные и синие мундиры чаще покоряют женские сердца, чем своей усатой галантностью: «Завтра я уеду и, вероятно, никогда не вернусь».
§
Вольтер, услужливо носивший светильник впереди великих мира, этим же светильником освещал и их наготу.
§
Вступив в храм, я почувствовал телесную и душевную свежесть от приятно веявшей внутри прохлады. Что бы ни говорили, а католицизм — хорошая религия в летнее время.
§
Всякий, кто женится, подобен дожу, сочетающемуся браком с Адриатическим морем: он не знает, что скрывается в той, кого он берет в жены, — сокровища, жемчуга, чудовища, неизведанные бури?
§
Где кончается женщина, там начинается дурной мужчина.
§
Главная задача постановщика оперы — устроить так, чтобы музыка никому не мешала. (Видоизмененный Гейне).
§
Глубочайшая истина расцветает лишь из глубочайшей любви.
§
Глупцы полагают, будто для того, чтобы завладеть Капитолием, необходимо сначала напасть на гусей.
§
Гомеопатический принцип, согласно которому от женщины нас излечивает женщина, пожалуй, более всего подтверждается опытом. Гренландцы, когда датские миссионеры попытались обратить их в христианство, задали им вопрос: водятся ли в христианском раю тюлени? Получив отрицательный ответ, они с огорчением заявили: в таком случае христианский рай не годится для гренландцев, которые, мол, не могут существовать без тюленей.
§
Грубая память народов хранит только имена их притеснителей да свирепых героев войны. Дерево человечества забывает о тихом садовнике, который пестовал его в стужу, поил в засуху и оберегал от вредителей; но оно верно хранит имена, безжалостно врезанные в его кору острой сталью.
§
Да, женщины опасны; но красивые не так опасны, как те, которые обладают умственными преимуществами более, чем физическими. Ибо первые привыкли к тому, чтобы мужчины ухаживали за ними, между тем как последние идут навстречу самолюбию мужчин и, приманивая их лестью, добывают больше поклонников.
§
Дагерротипия свидетельствует против ложного взгляда, будто искусство подражает природе. Природа здесь сама доставила доказательство того, как мало она понимает в искусстве, каким жалким получается все у нее, когда она начинает заниматься искусством.
§
Дама, уже начавшая быть немолодой.
§
Дети моложе нас, они еще помнят, как тоже были деревьями и птицами, и поэтому еще способны их понимать; мы же слишком стары, у нас слишком много забот, а голова забита юриспруденцией и плохими стихами.
§
Добродетельным всякий может быть в одиночку; для порока же всегда нужны двое.
§
Долги заменяют древний рок в национальных трагедиях нашего времени.
§
Достаточно мне увидеть, что кто-нибудь оспаривает бытие Божье, как меня охватывает такое странное беспокойство, такая тоскливая жуть, какие я испытывал когда-то в лондонском Нью-Бедламе, когда, будучи окружен толпой безумцев, я потерял из виду моего провожатого. «Бог есть все, что существует», и всякое сомнение в нем есть сомнение в жизни, есть смерть.
§
Достойно удивления, что супруг Ксантиппы мог стать таким великим философом. Среди этаких дрязг — да еще думать! Но писать он не мог, это было невозможно: после Сократа не осталось ни одной книги.
§
Евреи несли Библию сквозь века как свое переносное отечество.
§
Если бы и вся Европа превратилась в сплошную тюрьму, то осталась бы лазейка для бегства: это — Америка, и, слава богу, лазейка больше, чем вся тюрьма.
§
Если Господь по праву претендует на первое место в деле Творения, то Шекспиру по праву принадлежит второе.
§
Если твой глаз соблазняет тебя — вырви его. Если рука твоя соблазняет тебя — отруби ее. Если язык твой соблазняет тебя — откуси его. А если тебя соблазняет твой разум, то стань католиком.
§
Если человек хочет застрелиться, он всегда имеет на то достаточные причины. Но знает ли он сам эти причины — это другой вопрос. До последней минуты мы разыгрываем с собою комедию. Умирая от зубной боли в сердце, мы жалуемся на зубную боль.
§
Есть юмор идей, совмещение мыслей, которые никогда не встречались еще друг с другом в человеческой голове, гражданский брак между шуткой и мудростью.
§
Железные дороги убивают пространство.
§
Женская ненависть, собственно, та же любовь, только переменившая направление.
§
Женщина — одновременно яблоко и змея.
§
Женщины знают только один способ нас осчастливить и тридцать тысяч способов сделать нас несчастными.
§
Женщины творят историю, хотя история запоминает лишь имена мужчин.
§
За тучными коровами следуют тощие, за тощими — полное отсутствие говядины.
§
Замечено, что священники всего мира — раввины, муфтии, доминиканцы, консисторские советники, попы, бонзы, — короче, весь дипломатический корпус божий, — отличаются фамильным сходством лиц, характерным для людей одного промысла.
§
Затем Лист сыграл «Шествие на казнь» Берлиоза, великолепный опус, который, если не ошибаюсь, был сочинен молодым музыкантом в утро своей свадьбы.
§
Из ненависти к националистам я почти готов полюбить коммунистов.
§
Изображение на монете — предмет не безразличный для политики. Так как люди столь искренне любят деньги и, несомненно, любовно созерцают их, дети часто воспринимают черты того государя, который вычеканен на монете, и на бедного государя падает подозрение в том, что он — отец своих подданных.
§
Илиада, Платон, Марафонская битва, Моисей, Венера Медицейская, Страсбургский собор, французская революция, Гегель, пароходы и т. д. — все это отдельные удачные мысли в творческом сне Бога. Но настанет час и Бог проснется, протрет заспанные глаза, усмехнется — и наш мир растает без следа, да он, пожалуй, и не существовал вовсе. Иногда мне кажется, что головы французов, совершенно как их кафе, сплошь увешаны внутри зеркалами, так что всякая идея, попадающая в их голову, отражается там бесчисленное множество раз: оптическое устройство, посредством которого самые ограниченные и бедненькие головы представляются обширными и блестящими. Эти лучезарные головы, так же как сверкающие кафе, обычно совершенно ослепляют бедных немцев, когда они впервые попадают в Париж.
§
Иногда мне кажется, что дьявол, дворянство и иезуиты существуют лишь постольку, поскольку мы верим в них. Относительно дьявола мы можем утверждать это безусловно, так как до сих пор его видели только верующие.
§
Иные воображают, будто совершенно точно знают птицу, если видели яйцо, из которого она вылупилась.
§
Иных надо бить палками при жизни. После смерти их нельзя наказать, нельзя опозорить: они не оставляют имени.
§
Такую роль играет в искусстве имя мастера. Если принц надевает перстень с богемской стекляшкой, ее будут принимать за бриллиант, а если бы нищий стал носить перстень с бриллиантом, все-таки решили бы, что это — просто стекло.
§
Там, где кончается здоровье, там, где кончаются деньги, там, где кончается здравый человеческий рассудок, — там повсюду начинается христианство.
§
Те, кто здесь, на земле, пил чашу радости, расплатятся там, наверху, похмельем.
§
Теперь не строят готических соборов. В былое время у людей были убеждения; у нас, современников, есть лишь мнения; а мнения мало для того, чтобы создать готический храм.
§
То хорошо у нас, немцев, что никто еще не безумен настолько, чтобы не найти еще более сумасшедшего, который понимал бы его.
§
Только великий поэт может понять поэзию своего времени. Поэзию прошлого легче понять.
§
Только решетка отделяет юмор от дома умалишенных.
§
Только родственная скорбь исторгает слезы, и каждый, в сущности, плачет о себе самом.
§
Только у гения есть для новой мысли и новое слово.
§
Тот, кто видит своего бога страдающим, легче переносит собственные страдания.
§
Тот, кто находится высоко, должен так же подчиняться обстоятельствам, как флюгер на башне.
§
Тот, кто хочет влиять на толпу, нуждается в шарлатанской приправе. Даже сам Господь Бог, издавая свои заповеди на горе Синай, не упустил случая основательно посверкать молниями и погромыхать, Господь знал свою публику.
§
…У меня же была зубная боль в сердце. Это тяжелый недуг, от него превосходно помогает свинцовая пломба и тот зубной порошок, что изобрел Бертольд Шварц. У народов время есть, они вечны; смертны лишь короли.
§
У него отваги хватит на сотню львов, а ума — на пару ослов.
§
У римлян ни за что не хватило бы времени на завоевание мира, если бы им пришлось сперва изучать латынь.
§
Ученый казуист и духовный пастырь Шупп говорит даже: «На свете больше дураков, чем людей».
§
Французский народ — это кошка, которая, даже если ей случается свалиться с опаснейшей высоты, все же никогда не ломает себе шею, а, наоборот, каждый раз сразу же становится на ноги.
§
Христианство без божественности Христа — нечто вроде черепашьего супа без черепахи.
§
Христианство и вправду является лучшей религией после проигранной битвы.
§
Цель и средство — условные понятия, их выдумал человек. Творец их не знал. Созданное само себе цель. Жизнь не цель и не средство. Жизнь — право.
§
Чем крупнее человек, тем легче попадают в него стрелы насмешек. В карликов попадать гораздо труднее.
§
Powered by:
Download vCard